Фестиваль действительно казался волшебством. Музыкантам – потому что сбылась их заветная мечта, и они с головой окунулись в сказочный мир босановы. Организаторам – потому что удалось сделать настоящий праздник с профессиональным звуком и светом, стильными декорациями, белыми шляпами и оркестром в фойе. А зрителям – потому что они получили заряд незабываемых эмоций, которые, как солнечные батарейки, будут согревать их зябкими осенними вечерами. Накануне фестиваля – а точнее, в самый разгар подготовки к нему – вдохновители и художественные руководители проекта Ирина Богушевская и Алексей Иващенко, а также композитор Вячеслав Сержанов рассказали нашему корреспонденту о босанове, фестивале и планах на будущее.

- Что же такое босанова?
- Ирина Богушевская: Взявшись за этот проект, мы с Алексеем стали читать разные энциклопедии. И выяснили, что термин босанова буквально означает «новое веяние», «новый жанр», «новый стиль». Какая-то новая чуча-муча, новая фишка.

Алексей Иващенко: В первый раз словосочетание bossa nova было употреблено в песне Desafinado Антонио Карлоса Жобима и Ньютона Мендонсы. И, по-видимому, Мендонса является автором этого стиля.

Алексей Иващенко и Ирина Богушевская

Как вы думаете, есть какие-то параллели между босановой и, например, «Новой волной» в кинематографе Франции 60-х годов или другими возникшими в то время движениями и направлениями в музыке и искусстве?
-Алексей Иващенко: Мне кажется, что общего нет. В босанове важнее не «нова», а «босса». Дело не в том, что это что-то новое, а в том, что это что-то особенное, какая-то фишка. Отлично сказал Луис Филиппе Фортуна, представитель посольства Бразилии в Москве: «То, что делал Жобим, – это что-то очень особенное».

Ирина Богушевская: Он еще употребил слово sophisticated – утонченное.

Алексей Иващенко: Да, это что-то утонченное и особенное. Вообще многие сочиняли босанову, играли в этом стиле. Но то, что делал Жобим, ну, может, еще несколько человек, – это абсолютный эксклюзив.

Вячеслав Сержанов: Г-н Фортуна употребил также слово relaxed – и это проливает свет на весь жанр, на ощущения от музыки. Но наши музыканты играют напряженно – даже босанову.

Ирина Богушевская: Наши музыканты живут напряженно, как и все мы. Потому что у нас другой климат, другая ментальность.

Вячеслав Сержанов: Но музыканты должны уметь отвлечься от всего. Профессионалы – какие бы у них ни были проблемы в жизни – выходят на сцену и «живут» там, в музыке. Например, в Америке музыканты в каждом кабаке играют как в последний раз.

Алёна Свиридова

Возвращаясь к климату и нашей суровой реальности – как вы думаете, русская публика готова воспринимать босанову?
- Ирина Богушевская: Абсолютно, однозначно да! У босановы здесь огромное количество поклонников. К тому же нам катастрофически не хватает вибраций, которые несет этот стиль музыки. Мы не умеем расслабляться, не умеем улыбаться. Если сравнить нас и бразильцев… Вот от них исходит такой позитив! Даже если это дипломат, атташе – он живой, нормальный, веселый, искрящийся человек. И вот этого в нашей жизни не хватает! Но я надеюсь, что босанова – хотя бы для тех, кто придет на наш концерт – восполнит этот недостаток «витаминов».


- Когда вы начали интересоваться босановой, появился ли интерес к Бразилии в целом? Как у них с экономикой, политикой, чем они там вообще живут?
- Ирина Богушевская: Я влюбилась в босанову больше 10 лет назад, когда лежала в больнице после автокатастрофы. Тогда я совсем не могла слушать музыку – и это была для меня еще одна маленькая катастрофа. Потому что я не могу без музыки. Мне принесли хрестоматийный альбом Songbook 1962 года, завоевавший кучу наград, в котором Жильберто и Гетц исполняют музыку Жобима. И я просто сошла с ума от этой музыки, влюбилась в нее. Я слушала ее месяцами. Видимо, она проникла в меня так глубоко, что я начала цитировать ее в своей музыке. А когда в 1998 году вышла наша пластинка «Книга песен», все стали меня спрашивать: «Что за песню вы цитируете? Что такое «акваджебебер»?». И я задумалась: что же это такое, что за бессмысленный набор звуков? Почему я даже не знаю, как это переводится. Я начала копать эту тему и вот докопалась…

Алексей Иващенко: …до фестиваля.

Алексей Кортнев

- В 60–70-х годах в СССР босанова была страшно популярна. Вышли сборники «Босса нова навсегда» и «Босса нова: по-прежнему самая красивая музыка в СССР». Советские композиторы писали композиции в этом стиле. Потом интерес угас. Почему, как вам кажется?
- Ирина Богушевская: Я думаю, что если бы мы с Алексеем затеяли этот фестиваль в 60-е годы…

Алексей Иващенко: …никаких перерывов бы не было!

Ирина Богушевская: И не было бы тридцати лет провала.


- То есть, все держится на энтузиастах?
- Алексей Иващенко: Да.

Ирина Богушевская: Мне сложно сказать. Сейчас босанова многими воспринимается как небольшое ответвление джаза, стиль для любителей. Но она заслуживает большего! И мне хочется, чтобы она была более популярна.


- Почему вы не включили в программу первого фестиваля босановы советских композиторов?
- Алексей Иващенко: Они в нее просто не влезли!

Ирина Богушевская: Потому что мы очень любима Жобима. Хотя отцов-основателей у жанра несколько: называют и Жоао Донато, и Жоао Жильберто. Но я просто влюблена в Жобима – вот и вся причина. Хотя Жильберто придумал бит босановы.

Алексей Иващенко: Говорят, что Донато показал ему этот бит на аккордеоне...

Ирина Богушевская: Они говорят, что создали этот жанр вместе, но я помню, что Жоао Донато приезжал в Москву и выступал в консерватории в статусе отца-основателя босановы. Его приглашал Вартан Тоноян.


- Сейчас есть тенденция переводить западные мюзиклы на русский язык: «Кошки», «Mama Mia», «We will rock you». Вы перевели Жобима. Почему это происходит?
- Алексей Иващенко: Что касается перевода мюзиклов – это коммерческая необходимость. Мюзикл должен идти здесь на родном языке. Без перевода – это все равно что играть здесь пьесу на иностранном языке. Нужно уважать слушателя. Но наша задача при переводе босанов была иной – мы хотели создать русскоязычные эквиваленты.

Ирина Богушевская: Как-то глупо петь в своей стране босанову по-португальски или по-английски. Хочется, чтобы люди, которые сидят в зале, понимали, о чем мы поем. Потому что для нас с Алексеем важна не только музыка, но и текст. Очевидно, это последствия университетского образования.

- В СССР был очень популярен фильм «Генералы песчаных карьеров». Звучащая там босанова моментально стала популярна в СССР. Нет ли у вас желания сделать мюзикл по этому фильму – мюзикл в стиле босанова?
- Ирина Богушевская: Я не думала об этом.

Алексей Иващенко: Мысль интересная.

Ирина Богушевская: Эх, надо было сказать Кортневу, чтобы он спел песню из этого фильма. Как-то я щелкала по телеканалам и вдруг услышала босанову. Я подумала: «Мама, что это? Почему в этом фильме звучит босанова?». Оказалось, что это «Генералы песчаных карьеров». Там все песни – в этом божественном жанре. А Алексей Кортнев – практически патентованный исполнитель босановы!


- Есть ли у вас еще какие-нибудь планы относительно босановы, кроме ежегодного фестиваля? Планируются ли еще какие-то акции?
- Ирина Богушевская: Если мы переживем это фестиваль!..

Алексей Иващенко: Мы об это подумаем.

Ирина Богушевская: Пока это уравнение с таким количеством неизвестных, что мы сами не понимаем, каков будет результат.


- Какое чувство прежде всего вы испытываете в связи с этим фестивалем: любовь к босанове, кураж от новаторства?
- Ирина Богушевская: Основное для меня то, что я сижу рядом с Луисом Филиппе. От его португальского я впадаю в такую эйфорию!.. Я уже практически в Бразилии, под пальмой. Счастье и восторг!

Алексей Иващенко: А у меня к чувству эйфории примешивается чувство организационного ужаса.


- Нет ли желания перевести на русский еще какой-нибудь музыкальный жанр?
- Алексей Иващенко: Нет. Хотя нам говорили друзья-товарищи: «А что это вы тут все переводите? Переведите какую-нибудь Besa me mucho или Yesterday!»

Ирина Богушевская: Они не понимают, почему мы вцепились в босанову. Но ведь это любовь. Она не выбирает и ничего не объясняет.

Алексей Иващенко: Да, в первую очередь это любовь. А потом – босановы очень подходят для перевода. Это даже фонетически наше, родное.

| 2008-01-21 15:41:01