Древнее китайское проклятье "Чтоб ты жил в эпоху перемен" можно смело адресовать украинским политикам. Ныне в политатмосфере витают изменения, которые способны значительно повлиять на политическую систему в целом. Свидетельством этому могут быть активные разговоры об отмене разного рода неприкосновенности или повышении проходного барьера.

"Перемен! - требуют наши сердца"

После революционного 2004-го, который принес конституционные изменения и закрепил биполярную систему "оранжевые" и "бело-голубые", крупнейшим ноу-хау производства украинских политиков стал, пожалуй, только роспуск парламента в исполнении Виктора Ющенко и сопутствующие ему судебно-правоохранительные волнения. Но эти события привели, скорее, к пересмотру раскладов, чем к заметным трансформациям политической системы. Правда, уже сам факт яркой демонстрации силы со стороны одного из столпов власти, похоже, заставил весь политикум задуматься о том, что бы поменять и как бы перераспределить полномочия.

Активная деятельность по этим направлениям уже ведется. После впечатляющего "НАТО-перерыва" Рада приняла в первой редакции новый закон о Кабинете министров, который существенно сокращает возможности премьера. Где-то между парламентскими кулуарами и Конституционным судом "зависает" отмена чьей-нибудь неприкосновенности: по версии НУ-НС - депутатской, с точки зрения объединенных усилий ПР и БЮТ - всеобщей. Упорно не решается судьба референдумов, которые, хоть и нужны всем заинтересованным ветвям власти, но неясно, в какой именно форме. Представители разных парламентских фракций жонглируют заявлениями о необходимости/неуместности повышения избирательного барьера. А президент степенно подумывает, как бы переписать Основной закон. Подобного простора для осуществления перемен не было уже давненько.

Маловероятно, что в ближайшее время страну ожидает глобальная реформация политической системы имени Юлии Тимошенко - "Остаться должен только один!" (или президент, или премьер). Но то, что депутатам придется что-то менять - не вызывает сомнений. И что показательно, часть изменений серьезно ударит именно по народным избранникам. В первую очередь это пресловутые "отменить" и "поднять" - неприкосновенность и барьер соответственно.

Идея путем ограничений изменить количество фракций в парламенте не нова. Правда, до сих пор она реализовывалась "в обратном направлении" - понижением планки с четырех процентов от общего количества голосов до трех. Вопреки ожиданиям, снижение барьера не привело к избирательному буму: результатом двух порций выборов по новой системе (в 2006 и 2007 годах) стал пятифракционный парламент, причем, если "фигурантами" пятого созыва были три партии и два блока, то шестого - уже наоборот. Возможно, именно успехи политической кооперации спровоцировали появление в коалиционном соглашении НУ-НС и БЮТ пункта о повышении барьера до пяти процентов - все равно, "гуртом" и в парламент проходить легче.

Подобное предложение сходу вызвало протест полумаргинальных партий и блоков, для которых возможность прохождения в парламент стабильно пребывает в пределах статистической погрешности. Когда борьба идет за каждую десятую, два процента "сверху", для многих субъектов избирательного процесса - непреодолимая преграда.

Через несколько месяцев горестями партий-"бедных родственников" проникся президент. В его так и неозвученное послание парламенту закралось интересное новшество: для партий оставить барьер в три процента, а для блоков - поднять до пяти, но только в том случае, если они состоят максимум из трех партий, а если больше - то за каждую "боевую единицу" однопроцентная "надбавка".

Подобное предложение хоть несколько и успокоило отдельные партии, но вызвало волну возмущения со стороны "миниблока" Владимира Литвина, и некоторое неудовольствие пропрезидентской фракции, в которой состоят представители девяти разных партийных единиц - "перевалить" через 11 процентов далеко не просто.

Степень вероятности того, что парламент проникнется президентским предложением, невелика - депутаты же себе не враги, в конце-то концов. Да и заметное повышение барьера до 7-9 процентов (версия Анны Герман со ссылкой на БЮТ) тоже маловероятно. А вот пятипроцентный "подарок" следующие выборы вполне могут "преподнести".

Увеличение проходного барьера, в первую очередь, поспособствует перераспределению ресурсов. Для внепарламентских партий останется один путь - слияние и блокирование, но даже в случае кооперации усилий мало кому удастся "нарастить" электоральные "мускулы" до пяти процентов. А вот для уже парламентских сил более надежным вариантом стало бы формирование единых партий на базе существующих блоков: во-первых, надежнее, во-вторых - защищает от неприятных неожиданностей вроде специальных "надбавок".

Осознанное партийное "производство" может заметно "облагородить" украинскую политическую систему, но только в том случае, если процесс пойдет, как в "лучших домах". Наиболее логичным, казалось бы, является идеологический принцип объединения - среди сотен партий, существующих в стране, достаточно просто найти "единицы" с близкими платформами. Подобному слиянию серьезнее всего могут помешать амбиции лидеров. Постулат "лучше маленькая партия, но своя" хоть звучит и гордо, но с политической целесообразностью сочетается плохо. Когда же речь идет о крупных "старых" партиях, вероятность "идейного союза" становится еще призрачнее. Так уж повелось, что обнаруживать принципиальные различия в программах крупных игроков все сложнее и сложнее. По большому счету, они представляют собой, скорее, перечень основных мероприятий (повысить пенсии/отменить налоги) или, в лучшем случае, комплекс взглядов на объективную реальность (НАТО: да/нет/воздержался). Какое уж тут "идеологическое слияние"...

Более вероятными в украинских реалиях остаются три пути формирования партий: "патриархально-собирательный", "административно-нагибательный" и "союз харизмы с капиталом". Продуктом реализации третьего принципа уже являются крупные парламентские силы, и до сих пор он не подводил. Хотя надежность схемы может страдать: ссоры в избах не исключены, а вероятное перераспределение ресурсов может приводить к слабопрогнозируемым последствиям. Но при всей шаткости системы аналогов ей пока мало.

Альтернативой предыдущему способу партстроительства остается проверенный со времен президентства Леонида Даниловича метод активного использования административного ресурса. Лучше всего он действовал в мажоритарные времена, но и сейчас можно попробовать реанимировать. Правда, для этого необходимо иметь собственно административный ресурс и хоть какие-то полуидейные основания, которые, в случае чего, можно "предъявить" соперникам. Наиболее заманчив этот путь для Виктора Балоги, который с благородной целью объединения самых преданных сторонников президента вряд ли воздержится от вербовки высокопоставленных чиновников - в конце концов, должны же они наглядно проявлять уважение к президенту...

Ну и, наконец, несомненно действенный, но чаще вспомогательный метод укрупнения существующих партий - собирание под крылом крупного субъекта избирательного процесса более мелких и менее успешных. Именно он чаще всего становился "официальным" основанием для создания нынешних блоков. Но то, что хорошо для блоков, не всегда уместно для партий. Как и в случае с идейным объединением, пожертвовать независимостью могут и хотят далеко не все. Да и сам успех процесса во многом зависит от масштабности "основного игрока".

"И вдруг нам становится страшно что-то менять"

Увеличение проходного барьера и процесс дальнейшего партийного объединения безопасен далеко не для всех нынешних парламентариев. Спокойнее всего себя может чувствовать, пожалуй, Партия регионов: потому что партия, а не блок, и потому что степень вероятности ее распада невелика. Разве, что часть "капиталистов" в ее составе на каких-либо основаниях не захочет подружиться с чужой харизмой (например, пропрезидентской).

Вполне стабильно и положение БЮТ. Даже в случае повышения планки для блоков, рейтинг "тимошенковцев" настолько высок, что позволяет успешно переизбираться даже более широким составом, чем сейчас. К тому же блок имени Юлии Владимировны - яркий пример успешного "собирательства", а от ближайшего конкурента в использовании подобного стиля - НУ-НС - его отличает высокий уровень внутриблоковой и, потенциально, внутрипартийной дисциплины.

Сильнее всего (если оставить за скобками судьбу Блока Литвина) изменение предвыборных правил может ударить по НУ-НС. Так же как и БЮТ, этот блок - "брендовый" по своей природе, но объединение именем президента привело к тому, что в составе блока оказались во многом равноценные игроки, которые так и не определились, кто из них главнее. А на Виктора Ющенко надежды мало - ему вскоре могут преподнести новую партийную игрушку. НУ-НС же понесет определенные кадровые утраты за счет ухода "самых верных ющенковцев", и удастся ли "остаткам" скооперироваться до такой степени, что они смогут, как заявляют, создать единую партию - большой вопрос. До сих пор составляющие блока успешнее дробились, чем объединялись - взять, например, Рух...

Изменение избирательных норм - это головная боль, скорее, для глав блоков или партий. А вот грядущая отмена неприкосновенности - пугающая перемена для всех народных избранников. Судя по декларациям, коалицианты, как пионеры, всегда готовы лишить себя и коллег серьезного конкурентного преимущества. Вряд ли в глубине души многие депутаты искренне радуются такому сближению в правах с народом, но пресловутая привилегия за годы вялотекущей отмены уже настолько оскандалилась, что назад дороги нет. И максимум, что тут можно сделать - затянуть процесс и "продать подороже", к примеру, настоять на отмене неприкосновенности уже президентской.

В силу этого, можно предположить, что шоу под названием "отмена депутатской неприкосновенности" будет радовать зрителей еще долго, но рано или поздно нардепам придется-таки сдаться. Что же будет дальше? Ничего страшного, кроме того, что парламентариям придется привыкать быть если не простыми смертными, то уже точно не полубогами местного разлива.

Отмена неприкосновенности может ярче всего отразиться на партийных списках. Стандартная "подсудность" лишит большей части смысла наличие в перечнях депутатских фамилий стройных рядов крупных бизнесменов. И, возможно, украинский парламент постепенно дорастет до более цивилизованной системы лоббирования, чем депутатство олигархов, юристов олигархов, охранников или водителей олигархов...

Нельзя исключать и приятные перспективы сокращения масштабов коррупции. Или, во всяком случае, коррупции откровенной. Части нынешних народных избранников придется экстренно осваивать принципиально новые схемы ведения бизнеса. А еще - менять стиль отношений с правоохранительными органами. Красиво бороться за справедливость в спорных ситуациях уже не получится - можно будет "отгрести" на общегражданских основаниях...

Впрочем, у украинских депутатов еще есть время привыкнуть к мыслям о возможных переменах, тем более что они все еще только возможные. А в добровольно-принудительном спуске с Олимпа есть свои преимущества: отказ от части широких полномочий почти всегда помогает укрепить положение в остальном. А то ведь избиратели тоже могут сказать: "Мы ждем перемен!".

| 2008-03-25 15:33:27