Самая популярная мировая религия претерпевает кризис. Проблемных моментов за всю историю христианства и христианской цивилизации у этой религии было немало. Однако сейчас вызовы, брошенные ей, могут серьезно сказаться на будущем человечества.
Против двух зол
Сегодня в мире насчитывается около 2,1 миллиардов христиан (треть населения планеты). Из них приблизительно 1,13 миллиарда католиков (17% населения Земли). Количество приверженцев ислама составляет 1,322 миллиарда, а индуистов - 900 миллионов. Конфуцианство и даосизм могут похвастаться 394 миллионами сторонников, а буддизм - 376 миллионами. В мире живут также 1,1 миллиарда атеистов и агностиков.
Сейчас в Европе, сердцевинных землях христианства, интенсивно развивается и ширится учение полумесяца, побеждая крест в конкурентной борьбе. Причин тому много - это и иммиграция из мусульманских стран Азии и Африки; и высокая рождаемость в среде новых европейцев на фоне низкой "коренных жителей" Запада; и утрата христианством популярности; и секуляризация общества.
По результатам социологических исследований, 38% британцев, 30% итальянцев и 28% немцев считают, что наличие в их стране большой мусульманской общины негативно отражается на национальной безопасности, сообщает Washington Profile. Схожего мнения придерживаются 23% испанцев, 21% американцев и 20% французов. Однако большинство жителей всех исследуемых стран уверены, что соседи-мусульмане не представляют для них угрозы. Иного мнения большинство жителей Туманного Альбиона, Испании (странах, где "поработала" "Аль-Каида") и Германии. А 40% американцев, 39% немцев, 36% британцев и 29% итальянцев протестовали бы против того, чтобы их ребенок соединил свою жизнь с человеком, который исповедует ислам.
Мусульманские общины уже начинают серьезно влиять на общественную жизнь Европы. Достаточно вспомнить хотя бы историю с "отжигом" в арабских кварталах Парижа, а также эпопею со строительством минаретов в Старом Свете. На фоне потери интереса к традиционному христианству, когда в той же Германии одно за другим пустеют помещения церквей, и их приспосабливают под другие нужды, ширится миссионерская деятельность магометан. Все больше белых европейцев принимают ислам, предпочитая его традиционной религии Европы.
Христианство теряет притягательность. Пока переломить ситуацию никто не в состоянии - католицизм закостенел, православие находится на негласной службе у Кремля, а протестантизм слишком разобщен и занят противостоянием секуляризации общества.
Не зря Ватикан пытается жить в ногу со временем, чего не наблюдалось до середины 20 века. Здесь тебе признание существования НЛО, сближение с наукой, борьба с парниковым эффектом, использование современных технологий (электронные карточки для святых отцов и установка больших солнечных батарей на территории самого маленького в мире государства), пересмотр списка смертных грехов, поощрение футбола и так далее. В современном мире потребления католицизм пытается стать привлекательным брендом.
Против христианства играет и геополитическая ситуация в Евразии. Ведь неспроста большинство европейских стран признало независимость Косово. Сделано было это в надежде на урегулирование криминогенной ситуации, связанной с албанцами. Начиная с 1994 года, когда косовская проблема получила свой новый виток, на Запад хлынула волна косоваров, а сам край стал эдакой черной дырой, через которую в благополучные страны Старого Света шел наркотраффик, нелегальная миграция и оружие.
Относительно Турции, еще одной границы с исламским миром, которая вот уже сколько лет стремится в Евросоюз, то христиане должны с сожалением констатировать, что государство Ататюрка, в основе которого лежит светскость, уже не остановить на дороге к исламизации. Одна недавняя история с ношением хиджаба чего стоит! А ведь турецкое государство фактически защищало своим существованием Европу от Азии.
Нежные объятия плюрализма
После того, как был разрушен СССР, глобальный враг, против которого объединялись фактически несоединимые силы, католицизм перестал быть нужным. Особенно хорошо это оказалось видно в 2004-м на примере проекта пресловутой Евроконституции. Призыв Иоанна Павла II о необходимости внесения туда символа "христианство" был почти демонстративно проигнорировали, а итальянского политика-католика Рокко Буттильоне не взяли в орган по ее разработке из-за того, что он выступил против пропаганды гомосексуализма.
Сейчас в Европе социальные векторы политических программ умеренных правых и левых похожи, как близнецы. Основные дискуссии разворачиваются вокруг таких вопросов как легализация однополых браков и легких наркотиков, эвтаназия, клонирование, эксперименты над стволовыми клетками, право на аборты. В США к этому перечню добавляется еще и право на ношение оружия.
Эстетическая мода на постмодернизм породила такое явление как всепоглощающая политкорректность, которая нарушила баланс сил в Европе. Вследствие развития практики позитивной дискриминации современному христианству приходится делать одна за другой уступки своим оппонентам. Чего стоит одна история противостояния Ватикана и ООН в Латинской Америке!
Как следствие, в европейском обществе ширится стихийный протест – растут прорасистские и гомофобские настроения. Не зря из греческих и болгарских гражданских паспортов до сих пор не пропала графа "вероисповедание" – общество против. В этом контексте выглядит странно, когда либеральные политики поддерживают "новоевропейцев", не желающих жить по правилам и законам приютивших их стран. У мигрантов в большинстве своем отсутствует желание исповедовать принцип взаимности и уважения к нации государства, давшего им приют. Зачастую этот люмпен-пролетариат 21 века воспринимает социальные гарантии как плату за века колониальной эксплуатации.
Ценности открытого общества, такие как либерализм, толерантность и всепроникающая политкорректность, не позволяют современной европейской цивилизации выработать противоядие для лечения своих внутренних болезней. Как следствие, в той же России, которая пока еще считает себя частью европейской цивилизации, мусульмане уже претендуют на введение поста "своего" вице-президента, а также ликвидацию христианской символики с герба государства.
Тренды про(ре)гресса
Возможно, примером для старушки-Европы могут служить США. Несмотря на то, что данное государство - котел народов и оплот политкорректности, христианство здесь очень сильно. Для американцев религия – один из факторов объединения нации. Еще Авраам Линкольн говорил об этом в середине 19 века, после Гражданской войны. Успехи секуляризма в США вызвали ответную реакцию - в начале 20 века самая консервативная часть протестантского духовенства основала успешное движение христианского фундаментализма. Не стоит сомневаться, что если европейские христиане хотят жить не в условиях интеллектуальной диктатуры, когда из соображений политкорректности цензурируется любое упоминание о кресте, они придут к тому же решению.
Влияние религиозных кругов в США особенно заметно в избирательном процессе. Дело в том, пишет Washington Profile, что религиозность американских избирателей оказывает прямое влияние на то, как они голосуют. По данным Питера Уильямса, автора книги "Религии Америки", в США вера распространяется географически. Так, если в крупных городах представлены многие конфессии, то в сельской местности существует довольно четкое разделение - католиков особенно много на северо-западе (ирландская, польская и итальянская иммиграция) и в так называемом Bible Belt - юго-востоке США (много латиноамериканцев); лютеране же, методисты, пресвитериане особо многочисленны на среднем западе. Не случайно демократы наиболее популярны в мегаполисах и на побережье, где существует легендарный "плавильный котел народов", а твердыня республиканцев - центральные штаты, населенные, в основном, W.A.S.P. - белыми протестантами европейского происхождения.
Как же будет развиваться христианство в будущем? По мнению американского аналитика Кевина Келли, в следующем тысячелетии необходимо ожидать, что христианская церковь будет претерпевать колоссальные изменения: "Если христиане упустят будущее, оно будет принадлежать неверующим". Вниманию читателей он предлагает несколько трендов.
Келли считает, что центр христианства по-прежнему будет передвигаться на Запад согласно наметившейся исторической тенденции: Иерусалим – Армения – Греция – Рим – Европа - Северная Америка – Латинская Америка. Интересно, что сейчас рост христианства наблюдается главным образом в Азии и Африке, где количество последователей креста растет в геометрической прогрессии. По мнению Келли, со временем новые миссионеры из Азии будут евангелизировать неверующих там, откуда пришло христианство.
Аналитик также считает, что разнообразие христианства будет продолжать усиливаться. Так, в 1800 году было 500 христианских конфессий, в 2007 их стало уже 40 тысяч. И ничего не сможет приостановить этот процесс. К тому же подавляющее большинство этических проблем современного христианства окажутся лишь "цветочками". Головной проблемой будущего, считает Келли, станут новые технологии. Противостоять этому, по мнению аналитика, можно лишь с помощью экуменизма – глобального объединения религий.
А что же Украина? В виду двусмысленного геополитического положения (как еще одному фронтиру Европы, наряду с Турцией и Россией), к нашему государству в религиозном контексте будет приковано внимание христианства. Надо сказать, что украинское общество, раздираемое на части многими надуманными дилеммами, имеет здоровый уровень толерантности – в Украине можно встретить и православных, и католиков, и протестантов, и мусульман, и даже хасидов. Потому Украина, в некоторой степени, наряду со странами Латинской Америки, является надеждой современного христианства.
Современная христианская религия поставлена перед выбором – погибнуть, быть смятой светскостью и мусульманством, или измениться, аккурат в соответствии со знаменитым высказыванием о бездне антиклерикального философа Фридриха Ницше. Вселенской церкви осталось определиться.
|
